Blue Flower

Настоящее возрождение Стрельны началось в 1797 г., когда император Павел I пожаловал эту мызу с приписанными к ней деревнями своему второму сыну, великому князю Константину Павловичу (1779—1831). С этого времени и в течение 120 лет дворцово-парковый ансамбль Стрельны был великокняжеской резиденцией дома Романовых.

Константин Павлович воспитывался вместе со своим старшим братом, будущим Александром I, под наблюдением бабушки, императрицы Екатерины II, и выбранных ею учителей. Честолюбивая Екатерина мечтала со временем восстановить православную греческую империю и возвести своего второго внука на престол византийских императоров. Эти далеко идущие политические замыслы нашли отражение даже в имени, которым нарекли новорожденного в честь равноапостольного императора Византии Константина Великого.

С детства Константина Павловича окружали греки: его кормилицей была гречанка по имени Елена, первым слугой — выходец из Афин Дмитрий Курута. Когда великий князь подрос, среди его товарищей по играм оказались маленькие греки. Константина, кроме общепринятых европейских языков, усердно учили греческому.

Впрочем, Константин не был примерным учеником. Все его помыслы, по словам его швейцарского воспитателя Ф.Лагарпа, были заняты «ружьями, знаменами и алебардами, он думает только об играх в солдатики, как во время, так и после урока». Он часто был упрям и вспыльчив, ссорился со своими учителями.

Став взрослым, великий князь во многом оставался большим ребенком, обладавшим умом и романтическими рыцарскими идеалами, но всегда уступавшим любым своим желаниям и бросавшим занятия ради развлечений. Современникам запомнился тяжелый и деспотический характер Константина, его вспыльчивость, путаные, неустойчивые понятия, крайне упрощенные, но не лишенные юмора воззрения на людей и на жизнь. Многие отмечали его редкую способность попадать в противоречивые ситуации, а также ставить себя и других в затруднительное положение.

К тому же Константин был подвержен частым вспышкам гнева, во время которых он терял самообладание, становился безрассудно жесток, карая виновных и невиновных. И курносым лицом, и необузданным характером Константин более всех других сыновей походил на своего отца Павла I. Сближала их и любовь ко всему военному, к парадам и учениям.

Когда Константину не исполнилось еще и семнадцати лет, Екатерина II женила его на принцессе Юлиане Саксен-Кобургской (1781 — 1860), в православии принявшей имя Анны Федоровны. Невесте в то время было всего лишь пятнадцать лет. Несходство характеров, сказавшееся с первых же дней супружества, не обещало счастья юной великой княгине.

Константин Павлович не понимал всей важности сделанного им шага и при своей резкости, несдержанности и упрямстве не мог внушить прочной сердечной привязанности кроткой Анне Федоровне. Хотя вскоре после свадьбы Константин Павлович и писал Ф. Лагарпу, что он «женат на прелестнейшей из женщин», но, очевидно, это было только преходящее увлечение, быстро сменившееся холодностью, а затем и откровенной жестокостью по отношению к молодой жене. Одним словом, брак оказался неудачным. Весьма характерны для понимания отношений между юными супругами следующие строки из письма наследника престола Александра Павловича к Ф. Лагарпу, от 21 февраля 1796 г.: «Я очень счастлив с женой и с невесткой, но что касается до мужа сей последней, то он меня часто огорчает; он горяч более, чем когда-либо, весьма своеволен, и часто прихоти его не согласуются с разумом. Военное искусство ему вскружило голову, и он иногда груб с солдатами своей роты».

В 1799 г. великий князь Константин Павлович участвовал в Итальянском походе А. В. Суворова, за что ему был присвоен титул цесаревича*. Его совместная жизнь с молодой женой, прерванная отсутствием Константина Павловича во время этого ПОХОДа, оборвалась окончательно В 1801 Г. Жозефина Фридрихе с Павлом Анна Федоровна была вынуждена вернуть- Константиновичем Александровым ся к родителям из России, в которой она не знала счастья. После этого великая княгиня жила большей частью в Париже и Швейцарии.

С 1803 г. Константин начал хлопотать о согласии императрицы-матери на официальный развод. Он думал о новой женитьбе, но не хотел впредь быть стесненным в выборе. Мать настаивала, чтобы он, блюдя династический интерес, снова избрал себе невесту из дочерей германских владетельных князей, а Константин свое настроение выразил в шутовской песенке на тему: «избави мя, Боже, от пожара, наводнения и немецкой принцессы».

Сам же он сначала просил о разрешении жениться на княжне Жанетте Четвертинской, родной сестре М. А. Нарышкиной, которая в ту же пору стала фавориткой его брата Александра, но вдовствующая императрица всеми силами воспротивилась этому союзу. Тогда он начал сожительствовать с француженкой Жозефиной, женой фельдъегеря Фридрихса, содействовал ее разводу и готов был жениться на ней, как только сам добьется развода, с которым тянули, добиваясь от него гарантии брака, более или менее приемлемого для царской семьи. В 1808 г. Жозефина родила цесаревичу сына, названного Павлом в честь своего царственного деда. Матери и сыну были пожалованы дворянство и фамилия Александровы. Для своего сына Константин Павлович купил усадьбу в Стрельне, названную Александровкой.

Сам же цесаревич Константин, получив в подарок Стрельну, поселился сначала в деревянном дворце, в то время как реконструкцией каменного занялся архитектор А. Н. Воронихин. Он заново оформил Большой дворец, сменив в большинстве интерьеров растреллиевскую барочную отделку на классическую. Но в целом воплотить свой проект в жизнь Воронихину не удалось: произошедший в 1803 г. пожар оставил от дворца одни стены. В 1804—1805 годах здание было восстановлено по проекту Л. Руска. Этот архитектор внес свои изменения в отделку и распределение помещений, а также дополнил дворец изящным бельведером, откуда открывался прекрасный вид на залив и окрестности. В отделке интерьеров принимали участие живописцы Д. Феррари и Ф. Щербаков. Работы были выполнены в очень короткие сроки, и в июле 1804 г. Константин Павлович поселился в своих дворцовых апартаментах.

Кроме того, во дворце разместились командиры полков, адъютанты и ряд высших гвардейских офицеров. Здесь находилась штаб-квартира лейб-гвардии Уланского полка, шефом которого Константин Павлович стал в 1803 г., арсенал, лазарет, гауптвахта и конюшня. Цесаревич стремился сделать свой полк образцовым. В Стрельне стали устраиваться частые стрельбы, маневры, смотры, учения и парады войск.

В это же время были восстановлены старые и выстроены новые оранжереи, благоустроены сады. По проекту А. Холла был разбит Английский сад, реконструированы Цветной сад и Пчельник.

По приказанию Константина Павловича в 1807 г. в Стрельне архитектором Л. Руска был построен каменный почтовый двор, и в летнее время между Петербургом и Стрельной начали ходить дилижансы. В 1810 г. по разрешению великого князя в Стрельне поселили немецких крестьян-колонистов. Образовались две немецкие деревни: Нейдор и Нейгаузен.

При Александре I великий князь Константин Павлович принимал участие в войнах против Наполеона, командовал гвардией. Со времени Аустерлицкого поражения Константин принадлежал к сторонникам мира с Наполеоном, или к так называемой французской партии. Тем не менее в 1812 г. в Военном зале дворца в Стрельне он принимал присягу у солдат, уходивших на войну с французами. В начале этой кампании цесаревич находился при армии, но затем был отослан в Петербург Барклаем-де-Толли, с которым у него были постоянные и резкие столкновения.

Для лейб-гвардии Уланского полка в Стрельне были построены большие казармы с конюшнями и госпиталь. Именно в этих казармах расположились полки народного ополчения, участвовавшие в войне с Наполеоном, когда после ее победоносного завершения они вернулись на родину и готовились к торжественному параду в Санкт-Петербурге.

С образованием Царства Польского Константин Павлович был назначен в 1816 г. главнокомандующим польскими войсками, а затем стал наместником Польши. Немало усилий великий князь употребил для организации польской армии, но тем не менее своей политикой он восстановил против себя и офицеров, и депутатов сейма, и вообще население Царства Польского.

В 1820 г. Константин Павлович наконец-то получил долгожданный официальный развод и вступил в морганатический брак с полькой Жанеттой Грудзинской, которой император Александр I дал титул княгини Лович. Супруга австрийского посланника Д. Ф. Фикельмон, посетившая в 1829 г. Варшаву, так описывала новую жену великого князя: «У нее не особенно яркие черты лица — безмерно нежного, с печатью страдания и глубокой беспомощности, одухотворенный взгляд, а во всем облике — приятная смесь кротости и меланхолии. Она рассуждает умно, трезво, и все ее мысли пронизаны глубокой набожностью».

Ради этого брака Константин Павлович пожертвовал своим законным правом на наследование российского престола, предоставляя его следующему брату, великому князю Николаю Павловичу. Тайна, в которой сохранялось это отречение при жизни Александра I, дала повод к возникновению смуты после кончины императора, но Константин Павлович остался верен своему отречению.

Недовольство царской политикой в Польше постоянно росло, и в 1830 г. в Варшаве вспыхнуло восстание, во время которого поляки напали на загородный дворец Бельведер, в котором жил Константин Павлович. Предупрежденный вовремя, великий князь успел спастись и, став во главе русских войск, отвел их на границу Царства Польского. При усмирении восстания Константин Павлович командовал русским резервным корпусом. 15 июня 1831 г. он скончался в Витебске от холеры, а его супруга умерла 17 ноября того же года в Царском Селе.

Читайте далее: Стрельна при Константине Николаевиче