Blue Flower

Архитектор Николай ЛьвовНиколай Львов родился 4 марта 1751 г. в небольшом поместье Черенчицы в Тверской губернии, неподалеку от Торжка. Фамилия Львовых принадлежала к старинному, но обедневшему дворянскому роду. Восемнадцатилетним юношей будущий архитектор приехал в Петербург для определения на действительную военную службу в гвардейский Измайловский полк, куда, по обычаям того времени, был записан еще в детстве. В то время Измайловским полком командовал А. И. Бибиков — весьма просвещенный по тем временам человек. При нем была открыта полковая школа, завоевавшая славу одной из лучших школ этого рода. Готовила школа офицеров для армии. Но в первую очередь в школе обучали грамоте и арифметике. Дворянских детей зачисляли в специальные кадетские роты и распределяли по классам. Школьная программа была очень насыщенной. Помимо грамматики будущим офицерам преподавали математику, артиллерию, фортификацию, географию, французский и немецкий языки, рисование, фехтование и другие науки. Преподавание иностранных языков было настолько серьезным, что некоторые молодые люди, овладевшие языками в совершенстве, могли служить потом в Коллегии иностранных дел. В полковой школе Львов увлекся литературой, вокруг него даже образовался кружок, где обсуждали новые произведения русских и иностранных авторов, а также читали собственные стихи и переводы.
70-е годы XVIII столетия у Львова целиком ушли на учение, которое он начал практически с азов. Круг его интересов был очень разнообразен, и многое он постиг основательно.
Львов сложился не только как интересный и своеобразный поэт, но и как отличный рисовальщик и гравер, архитектура же стала любимым предметом его изучения. Однако где и у кого учился Львов архитектуре, неизвестно. Оставив службу в Измайловском полку, Львов перешел в Коллегию иностранных дел. Несколько раз по долгу службы он бывал за границей: в Германии, Франции, Италии и Испании — и, несомненно, познакомился с европейской архитектурой. И несмотря на то что Львов не получил систематического специального образования в области архитектуры, дилетантом назвать его нельзя. Творчество Львова было высокопрофессиональным.
Первые архитектурные проекты Львова относятся к 1780 г. В это время в Петербурге велось большое строительство. Но первая работа Львова — проект собора св. Иосифа — была в Могилеве. Собор предстояло построить в ознаменование встречи Екатерины II с австрийским императором Иосифом II. Львов не сразу получил столь важный по тем временам государственный заказ. Этому предшествовал конкурс, на который свои работы представили многие известные архитекторы. Но императрица была сторонницей новых веяний в архитектуре. Граф А. А. Безбородко, дипломат и крупный государственный деятель времен Екатерины II, знавший о многообразных талантах Львова, предложил ему попытать счастья. Несмотря на сравнительно небольшие размеры, здание было по-настоящему монументальным благодаря удачно найденным пропорциям и отсутствию отвлекающих внимание декоративных деталей. Украшению интерьера собора немало содействовали росписи и иконы, выполненные другом архитектора — замечательным художником Боровиковским. После одобрения проекта архитектор был послан в Могилев, где разработал проект застройки и оформления городской площади вокруг собора.
В том же 1780 г. Львов создал новый проект, предназначенный уже для столицы. Речь идет о величественных Невских воротах Петропавловской крепости, облицовка которой гранитом началась годом раньше. Ворота являются парадным въездом в крепость со стороны Невы.
Еще не были завершены Невские ворота, а Львов приступил к новой работе — строительству важного для города общественного сооружения, также существующего и поныне, — здания петербургского почтамта. Талант архитектора практически сразу был оценен. Уже в 1783 г. Архитектора избирают в Российскую Академию, а в 1785 г. он становится почетным членом Академии художеств.
Архитектура не была исключительным занятием Николая Александровича. Не будучи достаточно обеспеченным доходами от своего небольшого имения, он не оставлял службу в Коллегии иностранных дел, где получал зна­чительное жалование и по делам которой неоднократно бывал за границей. Но творческий темперамент его был так велик, что у него на все хватало времени. Разносторонняя одаренность Львова, точность и быстрота исполнения поручений привлекли к нему внимание графа Безбородко. Когда почтовый департамент был выделен из Коллегии иностранных дел в самостоятельное подразделение, Безбородко сразу же пригласил туда Львова в качестве советника.
Новому департаменту было нужно здание, и проектировать и строить его было поручено Львову. Здание строили семь лет. Из-за частых и длительных командировок Львов не мог сам наблюдать за постройкой. Для этой цели по его рекомендации был назначен архитектор Я. Шнейдер. Северная часть здания была отведена под квартиры служащих. В одной из них десять лет жил сам Львов.
Восьмидесятые годы XVIII столетия — время наибольшей активности Львова как архитектора. И, пожалуй, ничто ему так не удавалось, как создание небольших особняков. Николай Александрович проектировал их немало, и хотя все они имели ряд общих черт, точные повторения никогда не встречаются. Чаще всего это были дома близких друзей или родственников. Эти усадебные дома по своему типу были близки виллам Палладио — наиболее яркого представителя высокого Возрождения в архитектуре и большого знатока античного зодчества.
В 1783 г. генерал-прокурор князь А. А. Вяземский получил разрешение от Синода на постройку каменной церкви в своем имении в бывшем селе Александровском. Свято-Троицкая церковь была построена на Шлиссельбургском тракте (ныне пр. Обуховской Обороны, 235) по проекту Львова. Это сооружение мало походило на культовое здание. В народе церковь сразу же «окрестили» «Кулич и Пасха». Этот самый оригинальный по композиции храм Петербурга с небольшими изменениями дошел до наших дней.
Еще одна необычная церковь, построенная зодчим в это же время, — церковь св. Екатерины в усадьбе графов Воронцовых в Мурино. Эта постройка создавалась как архитектурная доминанта барской усадьбы. Она и сейчас возвышается над окружающими зданиями.
Но самой совершенной церковной постройкой зодчего считается собор Борисо­глебского монастыря в Торжке. Компактный и лаконичный по формам, он очень красиво расположен на высоком берегу реки Тверцы.
В Петербурге есть дом, который знают все любители русской литературы. Это дом Г. Р. Державина на набережной Фонтанки, 118. Строил его для своего друга Николай Александрович Львов. По окончании строительных работ небольшой усадебный дом превратился в оригинальный городской особняк. Сейчас в нем находится музей Державина и русской словесности его времени.
Вопрос о новых строительных материалах всегда интересовал Николая Александровича, и зодчий много экспериментировал в этой области. Проделанные опыты имели успех, и в 1798 г. по повелению императора Павла I Львов начал возводить в любимой императорской резиденции Гатчине землебитный замок Приорат. Строительство велось по новой технологии. Обычную землю набивали в специальные формы и пропитывали известковым раствором. По мере высыхания стена становилась крепкой, как камень. Строительству Приоратского дворца как правительственному заказу придавалось важное значение, и возвели его в рекордно короткие сроки — всего за три месяца. Лишь внутренняя отделка затянулась до 1799 г. Дворец строился как резиденция для приора Мальтийского ордена принца Конде, но принц никогда в этом дворце не жил, и Приорат не использовался по своему назначению.
Архитектором была основана школа по обучению земле­битному строению, в которой училось более ста человек из разных губерний, но этот способ в России не прижился.
Единственное в России землебитное строение выдержало испытание не только временем, но и войной — оно уцелело, даже когда неподалеку рвались немецкие снаряды и бомбы.
Разносторонне одаренного Львова современники срав­нивали с Леонардо да Винчи по знаниям и многочисленным профессиям, которыми он владел: инженер, изобретатель, геолог, ботаник, историк, археолог, поэт, драматург, прозаик, переводчик, мастер рисунка и, конечно же, архитектор. Наследие этого незаурядного человека изучено далеко не полностью.
В 1799 г. на Львова завели дело по поводу расходов на землебитные постройки. Проблемы и переживания подорвали здоровье архитектора. 3 января 1803 г., после череды длительных болезней, Николай Александрович скончался. Ему было всего 52 года.