Blue Flower

Казанский собор

Одно из самых величественных зданий на Невском — Казанский собор. Храм долгое время был местом пребывания одной из главных святынь русской церкви — иконы Казанской Божьей Матери. По легенде, она была обретена еще во времена Ивана Грозного при взятии Казани. Под покровительством этой иконы Минин и Пожарский вели ополчение против польских интервентов, а с воцарением на русском престоле династии Романовых в 1613 году икона стала семейной реликвией царского дома. Новый российский праздник — День единения 4 ноября, не что иное, как Осенняя Казанская, день, официально считавшийся праздничным и до революции.

Петр I распорядился перевезти икону Казанской Божьей Матери из Москвы (где она пребывала в одноименном храме на Красной площади) в северную столицу, а в 1737 году, в царствование Анны Иоаннов-ны, для иконы была возведена церковь Рождества Богородицы, она находилась на месте нынешнего фонтана. Павел I распорядился заменить обветшавшую к этому времени церковь. Александр Сергеевич Строганов, вблизи владений которого строился храм, протежировал своего бывшего крепостного Андрея Воронихина, получившего европейское образование и рано проявившего незаурядный архитектурный талант.

Поговаривали, что Воронихин был незаконнорожденным сыном Строганова. Впрочем, не надо быть профессионалом-физиономистом, чтобы, взглянув на портреты мецената и архитектора, не заметить поразительное сходство.

Павел I относительно облика будущего храма, который должен был стать кафедральным собором (то есть главным собором столицы), распорядился, чтобы он напоминал собор Святого Петра в Ватикане.

Казанский собор действительно похож на римский прототип огромной колоннадой, хотя если в «первоисточнике» колоннада замыкает площадь, то колоннада Казанского собора раскрывается к Невскому проспекту. С помощью колоннады Воронихин решил проблему, встававшую перед всеми строителями храмов на Невском.

Проспект тянется с запада на восток, точно так же организуется и пространство христианского храма: на западе вход, на востоке — алтарь. Потому культовые сооружения вынуждены стоять боком. Воронихин-ская же колоннада сделала северную (боковую) часть лицевой, парадной. К слову, с юга собор должна была украшать такая же колоннада, однако проект Воронихина так и не был доведен до конца. Храм до сих пор незакончен и с северной стороны: ощущение недостроенности вызывают два пьедестала по бокам колоннады. До 1824 года на них стояли гипсовые скульптуры ангелов, которые должны были быть заменены бронзовыми. Но этого так и не произошло. Питерская легенда гласит, что ангелы появятся только когда Северная столица обретет настоящего — мудрого и хозяйственного — градоначальника.

Начатый в 1801 году, Казанский собор был в целом достроен много лет спустя после смерти Павла I, в 1811 году. Храм невольно стал памятникам победе в Отечественной войне 1812 года. Через год после окончания войны в соборе был погребен фельдмаршал Кутузов, умерший в прусском городе Бунцлау. В 1837 году по проекту скульптора Орловского на площади появились статуи полководцев Кутузова и Барк-лая-де-Толли.

Несмотря на культовый характер здания, площадь перед ним почему-то всегда привлекала интерес революционно настроенных масс. 6 марта 1876 года здесь произошла первая демонстрация народнической группы «Земля и воля», свои революционные связки тренировал Плеханов, за что памятник ему, к счастью временный, некоторое время после революции составлял компанию Кутузову и Барклаю. В этом месте пика достигали студенческие демонстрации, начинавшиеся у Аничкова моста. В Кровавое воскресенье 1905 года народ мгновенно соорудил баррикады из скамеек в только что оформившемся сквере у собора.

В 1930-х годах собор был закрыт и превращен в оплот борьбы с религией. Здесь начал работать Музей истории религии и атеизма, впрочем, ставший со временем уникальным даже в мировом масштабе собранием. Но уже в 1991 году в соборе стали проходить богослужения, храм снова стал кафедральным собором Петербурга. Место примирилось само с собой.

Стоит обратить внимание на дом, на который указывает Кутузов, — Невский, 26. Здание построено в 1870-х годах и сохранилось в неизмененном виде. До революции здесь традиционно размещались банки и магазины, нов 1882—1891 годах работала первая телефонная станция не только в Петербурге, но и в России. Труд телефонисток был исключительно ручным. Отбор был суровым — требовались безупречный слух, зрение, дикция, при этом девушка должна была быть ростом не ниже 165 см (чтобы дотянуться) и незамужней. Разговор в ценах того времени был под стать услугам первых мобильных операторов — 25 копеек за разговор (за 5 копеек можно было неплохо выпить и закусить).

Но для банкиров и коммерсантов расходы были оправданны, поэтому если при открытии станция обслуживала 1 28 абонентов, то через три года уже около тысячи. В начале века, когда число абонентов достигло 5 тысяч, станция переехала в здание на Большой Морской, которое мы еще встретим. Кстати, ручная коммутация просуществовала до войны. А вот обращение «Барышня!» было запрещено задолго до исчезновения «барышень»: с 1924 года за употребление этого обращения могли и вообще отключить от телефонной сети.

Слева от здания вглубь уходит Малая Конюшенная улица. Это одна из первых улиц Петербурга, она спроектирована уже в 1730-х годах. На этой стороне Невской «перспективы» вплоть до Мойки селились иностранцы. Каждой общине были выделены участки, здесь они не только жили в родственной среде, но и создавали центры культуры, в роли которых обычно выступал храм соответствующего вероисповедания и школа для детей, как правило, находившаяся под патронажем духовных лидеров общины. Не случайно на участке между каналом Грибоедова и Мойкой до сих пор сохранились Финская, Шведская, Немецкая и Голландская церкви.

Примыкающий к Невскому участок от Малой .Конюшенной до Большой Конюшенной еще при Петре I был отдан немецкой общине, основателем которой считается адмирал Крюйс, сподвижник Петра. Сейчас комплекс выглядит как два больших дома (22 и 24) с отступившей от красной линии Немецкой евангелическо-лютеранской церковью Св. Петра (иногда в названии находим и упоминание апостола Павла — его статуя вместе с Петром встречает входящих в храм].

Здание кирхи, построенное на этом месте в 1730 году, было первой из иноверческих церквей на Невском проспекте. Тогда же появились и фланкирующие здания, выходящие на Невский и создающие уютный архитектурный коридор, в котором быстро гаснет суета Невского. Это решение потом было повторено в Армянской церкви и в Католическом храме. Через сто лет, в 1830 году, по проекту архитектора Брюллова (брата знаменитого живописца) был возведен новый храм. В здании с двумя башнями угадываются формы известных европейских соборов, а также практически сходящий на нет к этому времени петербургский классицизм.

Впоследствии боковые здания стали терять первоначальное назначение служебных зданий общины (для причта и школы) — в 1841 году в левом крыле открылось первое в России кафе «Доминик» (по имени создателя), где не прочь были посидеть Достоевский, Салтыков-Щедрин, Чехов, Менделеев, Репин. Заведение это было, как сейчас принято говорить, нового формата. Оно было демократично, в отличие от ресторана, сюда можно было зайти ненадолго, заказать чашечку кофе, пообщаться. Кафе быстро полюбилось питерской интеллигенции. В 1860-е годы кафе стало еще и шахматным — здесь собирались поиграть на деньги и «на интерес». Тут первые маты своим соперникам ставил будущий мастер Михаил Иванович Чигорин, чьим именем впоследствии был назван Ленинградский шахматный клуб, он находится рядом — на Большой Конюшенной.

В правом крыле Немецкой церкви еще на десять лет раньше открылась книжная лавка Смирдина, которая стала своеобразным литературным клубом. Общения с успешным издателем, платившим достойные гонорары, искали все петербургские писатели, поэтому на открытие магазина в 1831 году пришли Жуковский, Крылов, Пушкин, Гоголь, Вяземский и другие. В наше время дом

стал площадкой для нового вида заведении: здесь с 2002 по 2006 год находилось крупнейшее в Питере интернет-кафе с немного роковым названием «Quo vadis». Это одно из первых интернет-кафе в Питере. Здесь можно было и поесть, и попутешествовать в Интернете. Место любимо молодежью, это и понятно. В советское время там размещалось любимое студентами кафе, названное «Лягушатником» за характерную зеленую обивку мебели. В 2006 г. кафе переехало на угол Невского и Литейного.

Немецкому храму повезло меньше, чем его домам-сторожам. Если в 1930-е годы применение храма, как это ни печально, было типичным — склад и овощехранилище (как тут не вспомнить ильфовский Храм Спаса-на-Картошке!), то после войны это показалось уже банальным, и в начале 1960-х годов здание было переоборудовано в бассейн Балтийского морского пароходства.

Кстати, спортивным оказалось и применение Шведского храма, находящегося в самом конце Малой Конюшенной: там был открыт спортивный зал общества «Буревестник», где по сюжету наращивал боевую мощь герой перестроечного фильма «Фанат». К счастью, в 1992 году здание передали немецкой общине, и через пять лет ему было возвращено первоначальное предназначение.

За зданием лютеранского храма находится одна из самых легендарных питерских школ — Петершуле или Петришуле («школа Петра»). Это первая школа в северной столице, основанная в 1710-х годах все тем же адмиралом Крюйсом. Воспитанниками этой школы были писатели Фонвизин и много позже Хармс, историк Михайловский-Данилевский, геодезист и картограф Шуберт, архитекторы Росси, Бенуа, Кракау, Месмахер... Ныне здесь школа № 222, в которой по традиции сохраняется уклон в сторону изучения немецкого языка и немецкой культуры.

Читать далее: Большая Конюшенная